Союз Анархистов Украины - Три года без права...


Три года без права...

19 августа 2002 г. мы кулуарно и тихо отмечали третью годовщину создания «Союза анархистов Украины» (САУ). Вспоминали изначальный идеализм, подсчитывали обретения и потери.

ИДЕЯ
Идея создания САУ стала результатом долгой дискуссии между мэром г. Арциза (райцентр Одесской области) В. Черным, с одной стороны, и руководством одесской организации социал-демократов (СДПУ), - с другой. Кровавые одесские выборы 1998 серьёзно потрепали эсдеков, разочаровали их реакция киевского ЦК, да и самой социал-демократическая практика. Этому способствовал и тот факт, что одесская организация не была ортодоксами социал-демократии. Она возглавляла партийную фракцию «Солидарные регионы», отстаивавшую более либеральные и анархические взгляды. Как потом выяснилось, драйв от социал-демократии к анархизму был не нашей выдумкой, а крепкой традицией эпохи 3-х русских революций. Например, один из идеологов анархо-синдикализма Д. Новомирский был сначала видным деятелем одесской организации РСДРП. Такой путь осознания прошли и мы.

Создание Союза анархистов планировалось в организационной форме политической партии, несмотря на полное неприятие ортодоксальными анархистами структуры партии, как слепка государства. Мы руководствовались историей, - организационная структура Украинской конфедерации анархистских организаций «Набат» (1918-20 гг.) фактически была партийной. Центральный секретариат координировал деятельность секретариатов на местах, вокруг которых сплачивались все местные группы конфедерации. А в 1925 г. в эмигрантском анархическом издании «Дело труда» Махно, учитывая уроки своего движения, прямо писал о партии: «Я лично полагаю наиболее приемлемой для дела анархистов, необходимой организационной формой – это Союз анархистов, построенный на принципе общей дисциплины и общего руководства всеми анархическими силами».

Наконец, в реалиях современной Украины, где сначала советским, а затем пронационалистическим режимами насаждался образ анархиста-погромщика, лишь скоординированная общенациональная контрагитация может вытравить этот миф из сознания населения. И лишь находясь в едином политико-правовом поле с другими партиями и государством, мы сможем на равных отстаивать идеи анархизации общества, воспитания в народе начал реальной самоорганизации и самоуправления. Тем более, что конкурентоспособная самоорганизация без строжайшей самодисциплины невозможна. Другую анархическую практику мы считали ребячеством и партизанщиной в худшем смысле этого слова.

СЪЕЗД
Всё 1-е полугодие 1999 г. инициативная группа провела в анархическом самообразовании, переговорах со сторонниками в регионах, создании там первичек и подготовке съезда. Работа шла тяжело. Действующие анархистские группы шарахались от нас как от провокаторов. Действующие политики отмахивались от САУ, как от рискованной и бесперспективной затеи. Друзья и знакомые смотрели на нас круглыми глазами и твердили, что мы губим свою политическую карьеру. И всё же к 19 августа мы создали первичные организации в 15 регионах Украины. А на съезде присутствовало 52 делегата, которых условно можно разделить на 3 категории:

1. Бывшие эсдеки региональных организаций СДПУ.
2. Изначальные анархисты, поверившие в эффективность подобной партии.
3. Чины казачеств (до генерал-есаула) Восточной Украины, видевшие в САУ начало новой махновщины.

После долгих споров вокруг структуры и особенно программы партии, съездом был избран Политисполком и лидер САУ, - мэр Арциза Вадим Черный. Центральные органы партии располагались в Одессе. Принятая программа декларировала, что «мы не отвергаем представительские формы управления в обществе, считаем, что систему надо преобразовывать изнутри, путем "ненасильственного сопротивления" и просветительской деятельности, постепенно изменяющей сознание людей, а так же деятельности политической, поступательно преобразующей общественные институты».

Большинство современных неоанархических групп отвергают представительскую демократию, как буржуазную фальсификацию народовластия. Мы же исходили из другого анархического опыта, а именно, - деятельного анархизма времён гражданской войны. Так авторитетный анархо-синдикалист Х. Ярчук (август 1918 г.) утверждал, что «Мы за Советы, как форму народно-политической организации, ведущую к децентрализации и распылению власти». Махновская делегация на переговорах по 3-му соглашению с большевиками (осень 1920 г.) одним из политических условий ставила свободное участие махновцев в выборах в Советы всех уровней вплоть до V Всеукраинского съезда Советов. Наконец, основатель анархизма-унивесализма А. Гордин (1920 г.) считал, что «Участие в Советах, работа в них, сближение через них с трудящимися должны стать одним из массовых методов активного анархизма…».

Конечно, программа была во многом наивной и достаточно осторожной. Но это имело свои объяснения. Во-первых, ни общество, ни, тем более, государство, были явно не готовы к созданию в Украине общенациональной анархической структуры. Структуры легальной, декларирующей борьбу за сокращение и постепенное упразднение государства методами права и закона. А, во-вторых, мы имели конкретную тактическую цель – регистрацию. Вокруг этой цели и развернулась главная борьба САУ с Системой. Цели для общества малозаметной, но, с нашей точки зрения, далеко не малозначительной.
Съезд снимала общенациональная телекомпания «1+1», которая, правда, осмелилась пустить о нём материал только в раннем утреннем выпуске. Другие СМИ видели в съезде «жаренную новость», но не знали как относиться к легальным анархистам. Поэтому они позволили себе небольшие статьи и заметки типа «Анархисты бросать бомбы не будут».

ОЛИГАРХИ
САУ прошел 3 кампании по регистрации. В ноябре 1999 г. Минюст отказал нам, сославшись на неправильное оформление документации. Куда труднее шло пополнение наших рядов. Казалось, «совок» полностью вытравил анархическое начало из свободолюбивого украинского народа и так прочно заклеймил анархистов, что старшее поколение шарахалось от нас как от чумных. Молодёжь с большим интересом слушала нас, но редко была готова к активному участию. Хотя, если быть точным, нужны были просто большие деньги. Многие из наших, раздавленных кризисом сограждан, за стабильное обеспечение пошли бы хоть в анархисты, хоть в фашисты.

Параллельно с пополнением рядов, Политисполком искал политические контакты, пытался использовать противоречия между парламентскими партиями для выхода на серьёзную политическую арену. Соответственно, пытались использовать и нас. Так в декабре 1999 г., в период подготовки антикоммунистического парламентского переворота, на нас вышли уполномоченные политического крыла одной из олигархических группировок. На переговорах в Киеве Политисполкому было предложено участие в акциях против коммунистов под непосредственным руководством группировки. Как было сформулировано, «потрепать коммунистов слева».

Для реализации этого проекта обсуждалось создание печатного органа и даже отрядов «Черной гвардии». Взамен предлагались политическая раскрутка и полное финансирование. Предложение было соблазнительным, а память САУ об уничтожении наших предшественников компартией – злой. Но Политисполком наотрез отказался быть слепым орудием в руках олигархов, предложив их уполномоченным создание координационного органа и право совещательного голоса на заседаниях анархистов. Переговоры закончились ничем, но не прошли бесследно. Их результаты проявились через год.

Тем временем, САУ подготовился ко 2-й регистрации. Сплотил ряды, продолжал агитационную работу. Из-за борьбы за правовой статус партии Политисполкому пришлось отказаться от любых публичных акций до регистрации, которые могли быть использованы Минюстом как прецедент для отказа. После парламентского переворота, в марте 2000 г. началась новая эпопея с регистрацией. Основной упор Минюст теперь делал не на документы, а на проверку наличия региональных организаций. Как позже оказалось, в процессе этой «проверки» от членства в САУ отказались руководители Киевской, Киевской областной и Хмельницкой организаций, и эти организации не были засчитаны. Каким образом проверяющие добились их отказа мы так и не узнали. А в мае 2000 г. нам пришел отказ в регистрации, главным аргументом которого было недостающее по закону число региональных организаций.

НАБАТ
Надо сказать, после этого многие из членов САУ пали духом. Налицо было упорное нежелание государства признавать анархистов. А в контексте нашего же воспитания, большинство членов партии было не готово к противоправным акциям гражданского неповиновения. Наконец, эйфория создания партии анархистов и магия съезда давно прошли. Люди стали уставать от ожидания, терять с нами связь.

Политисполком же, ввиду сопротивления Системы, начал регистрацию отдельного от партии общенационального анархического издания. И в июне 2000 г. Госкомитетом информационной политики была зарегистрирована Всеукраинская либертарная газета «Набат». С трудом формировалась редколлегия газеты, так как нужны были не анархисты и не журналисты, а журналисты, способные пропускать события сквозь призму анархического мировоззрения, произвести не набор лозунгов, а серьёзный информационный продукт. Но вышедший осенью №1 «Набата» прошел «на ура» не только среди оставшихся организаций. Газета попала в киоски Одессы и, главное, была распространена в сессионном зале Верховной Рады. Судя по откликам, центристы восприняли её с интересом (даже посылали статьи), а левые и особенно правые нардепы были крайне раздражены.

Возобновилось строительство региональных структур САУ. Осенью у нас уже было 14 организаций, к новому 2001 г., - 17! Между тем, разразился «кассетный скандал» и, на первых порах, поддавшись оппозиционному порыву, одесская организация Союза анархистов даже была учредителем местного отделения Комитета «За правду!», писала листовки к митингу. Как потом выяснилось, в этой заказанной Западом «музыке» мнение анархистов и не могли учитывать. Нас, как и представителей других организаций, использовали в качестве массовки для изображения широкой поддержки создаваемого Комитета. Позже члены Политисполкома и активисты Союза несколько раз посещали тусовку «Украина без Кучмы» (УБК) в Киеве. Решением Политисполкома это движение было признано националистическим, играющим на руку ставленнику Америки – Ющенко. Члены САУ были призваны не участвовать в его акциях.

Декабрьские 1999 г. переговоры с олигархами напомнили о себе 6 февраля 2001 г. Во время демонстрации УБК у стен Администрации Президента некие молодчики с черными знамёнами из неизвестного «Синдиката анархистов» разгромили на Крещатике палаточный лагерь оппозиции. Несколько сот человек со свеженарисованными повязками совершили 2 нападения, в первый раз столкнувшись с охраной УНА-УНСО, а во второй, - с националистами из «Тризуба». По версии защитников лагеря «анархистами» были курсанты Киевской академии МВД.

Любопытно, что во время нападения лжеанархисты разбросали листовки, которые, как мы обговаривали в декабре 1999 г., призывали граждан создавать по месту жительства отряды «Черной гвардии». А цветовая гамма и стилистика «А в круге» знамени Синдиката, отобранного в бою националистами, до боли напоминала символику САУ, образцы которой мы оставили на переговорах. Было очевидно, что политическое крыло олигархов не отказалось от мысли о «ручных» анархистах, но воплощало её спешно, безграмотно в цейтноте развивающегося кризиса.

Сразу после инцидента у редакции новостей «1+1», снимавших наш съезд, сработал ассоциативный ряд, и они объявили, что разгром палаточного лагеря – дело рук Союза анархистов. В связи с этим было созвано экстренное заседание Политисполкома САУ, на котором приняли заявление о непричастности партии к акции Синдиката и об истории с переговорами декабря 99. Заявление было спешно разослано во все доступные СМИ и получило самый широкий отклик за всю историю САУ. «1+1» извинялась и цитировала наше заявление. Десяток газет ухватился за эту скандальную версию. Д. Киселев на НТВ в программе «Итоги» чего-то напутал и объявил нас «зарегистрированной партией анархистов». А украинская служба радио «Свобода» в прямом эфире брала по телефону интервью у председателя Политисполкома В. Азарова.

СУДНЫЙ ГОД
«Украина без Кучмы» дала нам не только прорыв в СМИ, но и серьёзно пополнила наши ряды. В периоды политических потрясений типа выборов, референдумов или подобных акций, граждане выныривают из рутины, теряют равнодушие и поддаются разъяснительной работе. Мы довели число региональных организаций до 19-ти, и в апреле 2001 г. подали документы на 3-ю регистрацию. Снова, применённая Минюстом тактика проверки региональных организаций, привела к потере лишь Житомирского и Черниговского отделений САУ. Семнадцать признанных организаций были полной победой. Тогда Минюст пошел по другому пути. Он дотянул с решением по Союзу до времени вступления в силу нового Закона о политических партиях. А согласно ему вообще никаких региональных организаций не надо. В нем были совершенно другие правила регистрации, на основании которых нам и было отказано в июне 2001 г.

Это неправовое решение привело к новым утечкам из наших рядов. А лидер САУ В. Черный заявил, что больше под дудку Минюста мы плясать не будем. В сентябре 2001 г. он обжаловал решение Минюста в Старокиевском районном суде столицы. Началась первая в истории судебная тяжба анархистов с государством. И 29 октября того же года суд вынес решение в нашу пользу с формулировкой «обязать Министерство юстиции Украины в течение 30 дней, со дня вступления в силу этого решения, зарегистрировать политическую партию “Союз анархистов Украины”». Минюст не ожидал такого решения. В частном разговоре его чиновник разъяснял: «Как мы можем вас зарегистрировать? Нет уже того закона». «Вам виднее», - спокойно отвечал Политисполком.

Тем временем, в Украине началась предвыборная кампания парламентских выборов марта 2002 г. Политисполком САУ решил не оставаться в стороне от политических баталий и принял довольно скандальное решение отпустить членов партии тренироваться в избирательных компаниях других политических сил. В этом мы видели возможность политической практики наших активистов и пополнения своих рядов разагитированными членами других партий. Политисполком исходил из того, что, не зная политической кухни изнутри, политикой заниматься невозможно. А, если кто-то из членов САУ не вернётся после выборов в партию, значит, такие они были анархисты. Надо отметить, что ни в националистические, ни в открыто олигархические партии наши ребята не пошли. Надо признаться, что, из тех, кто работал на выборах, порядка 10% в САУ не вернулось. Однако, в Одессе и ряде восточных регионов мы привлекли в Союз анархистов гораздо больше новых людей, в основном из числа вольнонаёмных агитаторов.

Несмотря на октябрьское поражение в райсуде, Минюст не сдавался и подал апелляцию в Киевский городской апелляционный суд, где рассматривается огромное количество дел по всей стране. Юстиция брала нас на измор, и засунула дело в долгую очередь жалобщиков. Но 3 июня 2002 г. Черный выиграл и этот суд. У Минюста оставалась возможность обжаловать его решение в Верховном Суде Украины. Но прошли все сроки подачи, а министерство так и не подало новую жалобу. У кого-то там хватило здравого смысла. Ведь само дело «Министерство юстиции против Союза анархистов в Верховном Суде» уже есть скандал, которого не утаишь, да и бесплатная реклама анархизма на всю Украину.

До конца лета мы ждали, пока, в связи с отсутствием кассации, решение суда вступит в законную силу. Теперь ждём, пока провернутся скрипучие колёса Юстиции. Пока ждём, - продолжаем сбор растерянных сил. Ждём и продолжаем выпуск газеты. Ждём и создали сайт «Набата», который хостим в Америке, чтобы никакие «слуги народа» не добрались. За 3 года у Союза анархистов выработалось железное терпение.

Безусловно, кому-то из наших «более идейных» единомышленников все эти «страдания регистрации» покажутся «мышиной вознёй», недостойной настоящих анархистов. Мы же рассматриваем это, далеко не лёгкое, изматывающее противостояние, как бой с Системой на её территории. Сражение, которое вызывало у Минюста серьёзное беспокойство и обеспечило его чиновникам по всей стране не одну бессонную ночь.

Мы продолжаем борьбу за право, хотим законно пользоваться этим правом и по полной программе вставлять им своё родное государство. Причём, у нас, как у прочих анархистов, в запасе всегда остаётся «право улицы». А два права всегда больше одного.

Председатель
Одесской региональной организации САУ
Юрий ГУРА

Набат № 7, сентябрь 2002 г.

Материалы на похожую тему